Вот и пришла очередь моей семьи хлебнуть дегтя. Моя бабушка попала в больницу с инсультом, почти в состоянии овоща. Дело в том, что она отказывалась от скорой помощи, когда случился приступ и по этой причине на СМП ее не увозили. Несколько дней мы пытались лечить ее и поддерживали жизнь, но с каждым днем все становилось хуже и хуже. Когда пришла участковая терапевт, она глядя на человека, у которого глотательный рефлекс сошел на нет почти, сказала, что все нормально с этим рефлексом. И выписала лекарства - полные аналоги того, что моя бабушка на тот момент принимала. Я уж не буду винить работников СМП за то, что не везут без согласия, ибо понимаю, что такое бюрократия и оптимизация медицины, но вот дальше. А дальше, когда дело стало совсем плохо, когда через силу удалось увезти мою бабушку в больницу, начался какой-то ад. В приемном покое с четко обозначенным в диагнозе инсультом, ее положили в терапевтическом корпусе, внимание: в пульмонологию. Неврология на первом этаже, а ее кладут на третий в пульмонологию. В коридор (т. е., я понимаю, если бы в пульмонологии была свободна койка и ее бы на время положили туда, так нет, все равно же коридор, так почему не в неврологическое сразу?). На следующий день пришла врач-невролог (консультант!) и пожав плечами ушла. Сказала, что картина инсульта неклассическая. Не имею мед. образования, но про инсульт знаю достаточно, чтобы увидеть классическую картинку обширного левостороннего инсульта в затылочной доле мозга (нарушение ориентации в пространстве, бабушка видела все через пелену, т. е., нарушение зрительной функции и пр). Какого черта, спрашивается, люди без медицинского образования разбираются лучше? Так вот, свозив бабушку на КТ, мы еще около часа ждали результаты, а без них нас не хотели переводить в неврологию. В чем логика - сие мне неведомо. Разве диагноз "инсульт" - это недостаточное основание для перевода в неврологию? Попав в неврологию, мы не могли определиться с палатой. Повезли в одну, потом им что-то не понравилось и повезли в другую, а в другой, как оказалось, свободных мест нет и все же повезли в первую. Опять таки, тяжелую больную класть в обычную палату, и даже не в интенсивную терапию, это ну, как бы. кхм. После перевода в отделение, мы нашли нашего лечащего врача. Обычно я не отношусь предвзято к молодым специалистам, но здесь было нечто среднее между взглядом барана и юнца, который сам не может принимать в жизни какие-то решения. Я спросила, стоит ли бабушке принимать старые лекарства и показала ему какие она пьет. Фозикард, который выписывают многим инсультникам вызвал у него неподдельное удивление (он вообще не знает про фозиноприл, по ходу), что уже многое говорит о профессионализме. Бабушка пролежала в больнице 3 дня с учетом пульмонологического отделения, после чего скончалась. Утром 8 марта она впала в кому и по-прежнему лежала в обычной палате, а вечером скончалась от инфаркта головного мозга. Лечащего врача не было на месте, а дежурный, видимо, в носу ковырялся. Да, мою бабушку уже было не спасти и затянутое лечение - объективно ее вина, но когда она умирала к ней никто не подошел. Она минут 10 кричала от страшных болей и никто даже не подумал вколоть ей анальгетик, чтобы хотя бы смерть была не такой мучительной. Узнали мы о смерти, только утром 9 марта. Лечащий врач на резонные вопросы о неоказании помощи промычал что-то невнятное, вроде: я - не я и лошадь не моя, меня не было, был дежурный врач, к нему все вопросы. Я спросила про точный диагноз. Думаете, он ответил? Нет. Он начал мычать следующее: Ну вот знаете, все эти КТ неточные, там ничего неясно и непонятно, не знаю ничего. В итоге тот диагноз, о котором я думала (левосторонний обширный инсульт) поставила патологоанатом. Вот, к пат. отделению претензий нет вообще, без всякого сарказма. Специалистка - великолепная. Объясняет все, говорит доступным языком, проявляет эмпатию. Только это и ужасно, что трупный доктор - добрый человек с огромной базой знаний, а лечат-калечат людей коновалы, вроде нашего лечащего, имя которого я к сожалению не запомнила. Показать полностью
